Devising a Legend about an ‘Uprising of the Enslaved’ — A Documentary Film financed by Lithuania’s Parliament and its Genocide Research Center, on the 70th Anniversary of the Outbreak of the Lithuanian Holocaust




O P I N I O N

by Milan Chersonski

Milan Chersonski in front of the Lithuanian Parliament (Seimas)

 


СОЧИНЕНИЕ ЛЕГЕНДЫ О ВОССТАНИИ ПОРАБОЩЕННЫХ

28 сентября 2010 года  Сейм Литвы объявил, что 2011 год будет называться Годом памяти о сражениях за свободу и великих утрат. Это загадочное название какого-то юбилея прозвучало ровно неделю спустя после объявления того же 2011 года Годом памяти жертв геноцида евреев Литвы.

О каких сражениях за свободу идет речь в постановлении? О каких великих утратах? В постановлении ничего не сказано. Сражения литовского народа за свободу? Да, за свободу восставали и в 1794, и в 1831, и в 1863, были серьезные волнения в 1904-1905, отстаивали свободу в 1918-1920 годах… Из текста постановления Сейма от 28-го сентября 2010 года Nr. XI-1038 невозможно понять, какие именно события и даты имеются в виду. И это, видимо, не случайно, потому что, как явствует из дальнейших действий правительства Литвы и других организаций, в постановлении Сейма речь идет о противоречиво оцениваемом восстании против советской власти в Литве, начавшемся 22 июня 1941 года, в момент нацистского вторжения в Литву и провозглашения Временного правительства Литвы 23 июня 1941 года. Восстание сопровождалось небывалыми в истории Литвы масштабами уничтожения еврейского населения, кровавая тень которого навсегда осталась на этой дате. Трудно было поверить, что Сейм принял такое решение. Тем не менее оно стало реальностью.

Правительство разработало программу проведения этого года, в соответствии с которой в июне прошло несколько крупных мероприятий:

* 14 июня – торжественное заседание в Сейме памяти 70-й годовщины начала депортации и массовых убийств граждан Литвы.

* 21 июня в Большом конференц-зале Академии наук Литвы – научная конференция, посвященная 70-летию Июньского восстания 1941 года.

* 29 – 30 июня в Сейме – двухдневная конференция на тему: «Начало войны СССР и Германии в странах Балтии в 1941 году».

Каждое из этих мероприятий заслуживает отдельного рассмотрения, но это станет возможно лишь тогда, когда (и если) будут опубликованы стенограммы и материалы этих мероприятий. Пока же приходится довольствоваться скупыми упоминаниями о них в периодической прессе и интернете.

На фоне таких научных и политических событий премьера нового двухчасового документального кинофильма «Восстание порабощенных» («Pavergtųjų sukilimas»), казалась более скромным явлением. Дата премьеры фильма – 22 июня – была выбрана не случайно: в такой же день 70 лет назад нацистская Германия вторглась в Литву, которая к тому времени уже больше года находилась в составе СССР.

Есть печальная ирония в том, что премьера документального фильма, рассказывающего об Июньском восстании 1941 года, состоялась именно в кинотеатре с милым детским названием «Сказка» («Pasaka»).

 

ПОВТОРЕНИЕ ПРОЙДЕННОГО?

Создатели фильма, используя широко известные эпизоды советской, литовской и германской кинохроники конца 30-х – начала 40-х годов прошлого века, повествуют о том, как благополучная мирная жизнь Временной столицы – Каунаса и всей Литвы накануне Второй мировой войны оказалась в водовороте мировых событий.

Диктор сообщает: «1939 год. Гитлер и Сталин делят Европу. Независимое  Литовское государство по тайному сговору отходит к Советскому Союзу. Нацисты входят в Польшу, а большевики возвращают Литве Вильнюс. В то время никто не подозревал, какой будет цена подарка».

На экране географическая карта. Германия и СССР делят Европу на сферы влияния. Зловещие автографы Гитлера и Сталина по обе стороны разделительной черты четко обозначили сферы влияния Германии и СССР, не оставив на карте места для Литвы. Пока трагедия литовского народа – это только план на географической карте. Совсем недавно еще независимая, Литва оказалась в зоне интересов двух самых мощных военных государств Европы. И вот уже советские и германские офицеры распиливают пограничный шлагбаум на границе Польши, приветствуют и поздравляют друг друга.

Диктор за кадром читает зрителям лекцию об ультиматумах Советского Союза правительству Литвы, обо всех хорошо известных событиях: о бегстве президента Антанаса Сметоны из Литвы; о передаче Советским Союзом Литве ее древней столицы Вильнюса; о вводе на территорию независимой Литвы советских войск. На экране появляется зловещий, снятый со спины темный силуэт колонны людей в касках. За их плечами – ружья с примкнутыми штыками: это советские войска вошли в Вильнюс и маршируют по проспекту Адама Мицкевича (ныне – проспекту Гядиминаса) на фоне Кафедрального собора.

Один за другим меняются многократно виденные эпизоды: «всенародные» выборы в Литве, литовская делегация в национальных костюмах в Верховном Совете СССР просит включить Литву в состав СССР, «счастливые» лица жителей Литвы, оказавшихся «в дружной семье советских народов», «под солнцем сталинской конституции». Весь этот архивный мусор советской пропаганды давно известен и не нуждается в критике или каких-либо опровержениях. Пока фильм выглядит как повторение пройденного в школе.

Все это, как говорится, – дежа вю.

 

КТО РУКОВОДИЛ ВОССТАНИЕМ?

Параллельно в фильме развивается сюжет о подготовке восстания против советской власти в Литве. В фильме используются постановочные приемы художественного кино, с помощью которых якобы реставрируются события 1941 года.

Вот один из эпизодов: в кабинете в глубокой задумчивости сидит за письменным столом что-то пишет, потом в раздумье вышагивает по комнате актер средних лет,  видимо, играющий роль Казиса Шкирпы – полковника в отставке, бывшего посла Литвы в Германии. Он создал и руководит созданным 17 ноября в Берлине штабом подпольной литовской организации – Фронтом литовцев-активистов (ФЛА), имеющим штабы также в Каунасе и Вильнюсе.

В кабинет входит нацистский офицер, снимает форменную фуражку и кладет ее на стол так, чтобы зритель увидел на ее тулье распластанного нацистского орла со свастикой в когтях и человеческий череп с костями – на околыше. И, хотя авторы фильма не распространяются о связях К.Шкирпы с нацистскими спецслужбами, догадливый зритель, возможно, поймет, что то ли нацистская контрразведка и разведка в Берлине интересуется деятельностью К.Шкирпы, то ли он и сам флиртует с нацистами.

Как известно, штабы ФЛА в Вильнюсе и Каунасе непосредственно занимались подготовкой восстания, которое, по замыслу К.Шкирпы, должно было  свергнуть советскую власть и создать Временное правительство до начала нацистской оккупации Каунаса. Главой правительства предполагал стать сам К.Шкирпа.

Было ли известно нацистам что-либо о планах К.Шкирпы (18951979гг.), который после войны оказался в США и в 1973 году издал в Вашингтоне свою книгу «Восстание за восстановление суверенитета Литвы» («Skilimas Lietuvos suverenumui atstatyti»)?

В фильме участвует американский адвокат Аугустинас Идзялис, который имел доступ к документам о событиях Июньского восстания 1941 года и последовавших за ним. Странно, что в фильме А.Идзялис ничего не сообщил о тех событиях, о которых рассказал журналисту Видмантасу Валюшайтису (см. газету „Lietuvos žinios“, 2011-06-13).

По словам А.Идзялиса, «Казис Шкирпа, бывший литовский посол в Германии, руководитель Фронта литовцев-активистов […] был связан с Петером Клейстом. Разумеется, К.Шкирпа давал ему различные документы. Он передавал немцам свои грандиозные проекты о восстании, вторжении и роли литовцев».

П.Клейст был руководителем бюро И.Риббентропа по делам оккупированных территорий Европы, поэтому можно уверенно сказать, что германские спецслужбы были хорошо осведомлены о планах К.Шкирпы. Не исключено, что К.Шкирпа хотел, чтобы «наверху» знали о его планах возглавить литовское правительство и поддержали их.

По словам А.Идзялиса, за влияние на деятельность ФЛА боролись абвер, военная разведка и СС. Сначала разведывательными функциями занимался абвер, потом их переняла разведка СС, которая, в отличие от абвера, была категорически против восстановления независимости Литвы.

А.Идзялис утверждает, что сведения о подготовке восстания в Литве советские  разведывательные службы получили от нацистских коллег и успели арестовать вильнюсский штаб ФЛА. Восемь членов штаба, в том числе и его руководитель майор Миндаугас Бульвичюс, были расстреляны в тюрьме г. Горького (ныне – Нижний Новгород). Еще семь человек были осуждены на длительные сроки.

 

КОГО ЗАЩИЩАЛ ФРОНТ ЛИТОВСКИХ АКТИВИСТОВ?

В фильме «Восстание порабощенных» нет никаких указаний на то, что действия ФЛА зависели от действий германской армии, хотя в действительности действия ФЛА полностью зависели от хода нацистской оккупации Литвы.

Если бы ФЛА был независимой от нацистов организацией, то логично было бы начать восстание не 23 июня, а 14-18 июня, когда, как сообщается в фильме «Восстание порабощенных», советские органы государственной безопасности по всей Литве арестовывали и отправляли в районы Сибири представителей так называемых «социально чуждых классов».

ФЛА не препятствовал арестам. ФЛА не планировал и не проводил боевых действий против войск НКВД, охранявших вокзалы и железнодорожные пути, где формировались эшелоны для отправки арестованных в Сибирь. ФЛА ничего не предпринял, чтобы помешать советским карательным органам выслать из Литвы тысячи жителей – литовцев, поляков, русских, евреев. Почему не препятствовал? На этот волнующий многих вопрос в фильме ответа нет.

Есть и такая странная особенность восстания ФЛА. Во все времена и во всех странах борьба за свободу народа начинается штурмом местных «Бастилий», освобождением из тюрем политических заключенных, которые рисковали жизнью в борьбе за свободу своего народа.

В Литве события развивались иначе: каунасских заключенных, в том числе многих известных литовских деятелей, утром 23 июня советские карательные органы вывезли из каунасской тюрьмы и расстреляли в Червене. И лишь немногие заключенные, возможно, забытые энкаведистами, позднее сами выломали двери тюремных камер и освободились.

Повстанцы-белоповязочники, если они действительно были в Тяльшяй, также не стали освобождать политических заключенных. Их 24 июня вывезли и уничтожили в Райняй служащие НКВД. Не было даже попытки спасти заключенных и в Правенишкес – их расстреляли 26 июня.

Получается, что члены ФЛА не считали политических заключенных выразителями их взглядов и стремлений, не видели в них своих сторонников и единомышленников. А главную свою миссию члены ФЛА видели в том, чтобы провозгласить Временное правительство Литвы и бессудно расправиться с евреями и коммунистами. К этому их призывали антисемитские листовки, которые из Берлина присылал штаб ФЛА во главе с К.Шкирпой. Но об этих обстоятельствах фильм не рассказывает.

 

БЕЛОПОВЯЗОЧНИКИ

Широко известно, что в момент восстания его участники должны были распознавать друг друга по нарукавной белой повязке с тремя буквами – «TDA» – аббревиатура названия «Охрана  национального труда» («Tautinio darbo apsauga»). От этой повязки и пошло широко известное название, которым «наградил» участников восстания литовский народ – «белоповязочники» («baltaraiščiai»).

Вполне возможно, что среди белоповязочников, особенно среди старшеклассников и студентов, были идеалисты, искренно намеренные бороться за восстановление независимости Литвы. Но, с другой стороны, хорошо известно, что под влиянием оголтелой нацистской и ЛАФ’овской антисемитской пропаганды среди них было немало и таких, кто отождествлял советскую власть и коммунистов с еврейским народом. Кто может провести четкую границу между участниками восстания, введенными в заблуждение, и бандами белоповязочников, которые грабили и убивали евреев? Следует также добавить, что нацистское командование еще до начала вторжения в Литву подготовило провокаторов из местного населения, которые сколачивали свои банды, провоцировали нападения на евреев, ограбление и убийство с особой жестокостью самой незащищенной части населения Литвы – еврейских мужчин, женщин, детей…

Порой случались парадоксальные явления. Во время своего визита в Литву в начале 90-х годов бывший председатель Кнессета Израиля Дов Шилянский на официальной встрече рассказал, что в его числе других узников Шяуляйского гетто на работу его конвоировал вооруженный одноклассник из литовской гимназии.

 

ДО ОККУПАЦИИ И ПОСЛЕ НЕЕ

Историки Кристоф Дикманн (ФРГ) и Саулюс Сужеделис в совместной работе «Преследование и массовое убийство литовских евреев летом и осенью 1941 года» (Lietuvos žydu persekiojimas ir masinös žudynės 1941 metu vasarą ir rudeni: šaltiniai ir analizė) утверждают: «Преследование и убийство евреев в Литве началось в первые часы нацистской оккупации. До конца июня (иначе говоря, через неделю после начала войны) евреи уже составляли значительную, если не самую большую часть гражданских лиц, убитых во время первого этапа конфликта между Германией и Советским Союзом. Кроме того, никакая группа людей, за исключением настоящих или мнимых советских коллаборантов, не подверглась таким ужасающим публичным унижениям».

В первые два дня начала оккупации нацисты еще не успели войти в Каунас, но убийство евреев там уже происходило. Нацистам понадобилось более недели, чтобы оккупировать всю территорию Литвы, а убийства евреев целыми семьями от седых стариков до грудных младенцев уже проходили до оккупации не только в Каунасе и Вильнюсе, но и по всей территории еще не оккупированной Литвы. Стихийное уничтожение и ограбление евреев прекратились после полной нацистской оккупации территории. Нацисты не прекратили уничтожение евреев, но внесли в это него дисциплину и порядок.

 

ЗА ЧТО БОРОЛИСЬ – 1?

Режиссер и автор сценария фильма «Восстание порабощенных» Альгис Кузмицкас в выступлении, предварявшем премьеру фильма в столичном кинотеатре «Сказка»,  заявил, что «фильм раскроет причины Июньского восстания и трагизм тех дней».

По ходу демонстрации фильма указана только одна причина восстания –  советская оккупация Литвы. Правда, современные сочинители истории Литвы, в отличие от серьезных ученых-историков, утверждают, что Июньское восстание было одновременно направлено не только против советской власти, но и против надвигающейся нацистской оккупации. Но это всего лишь попытка желаемое выдать за действительное. Никакой борьбы против надвигающейся нацистской оккупации не было.

В берлинском штабе ФЛА надеялись, что в награду за участие в свержении советской власти нацисты согласятся признать хотя бы частичную независимость Литвы, подобную той, которую они предоставили Румынии, Венгрии, Словакии и т.п.

Не случайно в фильме Декларация Временного правительства Литвы была озвучена с большими купюрами. Сделано это, вероятно, не случайно: авторы фильма не хотели, чтобы сегодняшние зрители узнали реальное содержание Декларации. Все раболепное славословие в адрес нацистов и их вождя Гитлера удалены из фонограммы кинофильма.

Подлинный характер Временного правительства Литвы (ВПЛ) достаточно ясно представлен в «Слове Временного правительства независимой Литвы к народу», опубликованном в газете «К Свободе» («Į Laisvę» Nr.2) от 25 июня 1941 года: «С особой благодарностью мы оцениваем неудержимый поход немецкой армии на Восток», – сказано в «Слове». ВПЛ одобряет «задуманный вождем немецкого народа Адольфом Гитлером, вдохновленный национал-социализмом поход отважной армии», прославляет «мирового масштаба миссию Гитлера и ее значение» и предупреждает литовский народ, что эта миссия «должна быть очень хорошо понята, положительно оценена и искренне поддержана». Ничего этого зрители не узнают в фильме «Восстание порабощенных».

Еще откровеннее и подобострастнее характер ВПЛ проявляется в телеграмме лично Гитлеру, которую подписали министры ВПЛ: “После освободительного военного урагана, промчавшегося над Литвой, представители свободной литовской общественности шлют Вам, Глубокоуважаемый Вождь Немецкого Народа, глубочайшую и искреннюю благодарность за освобождение от все уничтожающей и убивающей еврейской и большевистской оккупации и спасение литовского народа от надругательства, истребления, безумных массовых истязаний и убийств, и выражает надежду, что Ваш гений даст литовцам возможность участвовать в руководимом Вами победоносном походе с целью уничтожения иудаизма, большевизма и плутократии, защиты свободы человеческой личности, защиты культуры Западной Европы и установления нового порядка в Европе”.

Показательна оценка, данная ВПЛ, самому чудовищному погрому первой недели войны. 27 июня 1941г. на заседании правительства министр В.Жямкальнис-Ландсбяргис сообщил о зверских истязаниях евреев в гараже «Летукис» в Каунасе. ВПЛ приняло рекомендацию: «…несмотря на все действия, которые следует предпринимать против евреев ввиду их коммунистической деятельности и вредительства немецким войскам, партизаны и отдельные жители должны избегать публичных экзекуций».

Такова была подлинная цель создания Временного правительства и так называемой «борьбы» белоповязочников «против надвигающейся нацистской оккупации».

 

ЗА ЧТО БОРОЛИСЬ – 2?

Не вносит ясность в цели и характер восстания даже участие в фильме бывших повстанцев и очевидцев. Александрас Бендинскас, Альгирдас  Кудзис и другие участники восстания как будто сговорившись, ничего не рассказывают ни о ходе восстания, ни о своей роли в нем, ни о каких-либо ярких или хотя бы запомнившихся им реальных эпизодах боевых действий. Все они предпочитают говорить о политической ситуации в Литве, о вводе советских войск в Литву в 1940 году, о превращении независимой Литвы в советскую республику. Ни одной новой или хотя бы яркой детали не добавляет к картине восстания бывший литовский дипломат Витаутас Антанас Дамбрава. Все то же и даже в тех же словах повторение известного. Как будто все они находились в одном месте и видели одно и то же.

Впрочем, и непосредственный руководитель восстания К.Шкирпа не слишком щедро раскрывает правду о восстании в своей упомянутой выше книге. С.Сужеделис установил, что К.Шкирпа, цитируя документы, пропустил «целые предложения, призывающие в случае войны предпринимать антиеврейские действия». «Не использованы даже многоточия для обозначения пропущенной части текста», – огорчается историк. «Все-таки легче понять, когда автор решает по каким-то причинам совсем не публиковать компрометирующий документ, но «подчистить» документ и затем представить его общественности как важный и подлинный материал, – пусть сами читатели решают, что это такое». Историк по этическим соображениям не назвал такой способ публикации документов ложью или подлогом, хотя этот прием цитирования документов называется именно так.

Желание К.Шкирпы в 1973 году скрыть свои антисемитские действия в 1940-1941 годах в Берлине и их последстия в Литве вполне объяснимо: он не хотел принимать ответственность за свои же действия, совершенные 32 года назад. Впрочем, ответственности не хотели принимать и А.Лилейкис, и К.Гимжаускас, и А.Дайлиде и еще многие и многие тысячи так называемых «патриотов», принимавших участие самостоятельно или под руководством нацистских командиров в  убийстве евреев, начавшееся в первый день войны в Литве и продолжавшееся в течение всей Второй мировой войны.

 

ДЛЯ КОГО СОЗДАН ЭТОТ ФИЛЬМ?

В последние годы для «оживления» строгого стиля документального кино режиссеры заимствуют у игрового кино приемы документальной «реставрации» событий, какими они могли бы быть по возможности и необходимости, если были бы отсняты в момент их совершения. Такие приемы делают исторический материал более эмоциональным, занимательным для самой широкой непрофессиональной зрительской аудитории.

Создатели «Восстания порабощенных» применили тот же прием, но использовали его настолько неумело, что испытываешь неловкость за такое «оживление» трагических эпизодов истории. События восстания, кроме провозглашения Временного правительства, практически в фильме не представлены. Ввиду их отсутствия режиссеру пришлось выдумывать какие-то символические сцены, в которых действуют выдуманные символические персонажи.

Вот военнослужащий НКВД по неизвестной причине вскидывает ружье и целится в девушку в литовском национальном костюме, которая что-то мирно окучивает тяпкой. Энкаведист грубо хватает ее за предплечье, ведет и толкает к небльшой группе таких же ряженых взрослых и детских фигур, сидящих на пригорке. В эпизоде снимались живые люди, но их можно было бы без ущерба заменить куклами.

Еще эпизод. Молодой человек куда-то несет литовский национальный флаг. Энкаведист догоняет его, вырывает из его рук флаг и бросает за какую-то ограду, а в молодого человека стреляет из ружья.

Целая сцена посвящена взятию склада. Из леса появляется группа людей с оружием, вероятно, повстанцев. Первый делает остальным знак остановиться, а сам подкрадывается к подземному объекту, путь к которому преграждают запертые ворота и охраняющий их советский солдат. На коричневых воротах белыми полуметровыми кривыми русскими буквами написано слово «Склад». Вероятно, для того, чтобы повстанцы не перепутали и напали именно на склад, где хранится оружие. Руководитель не целясь убивает солдата и делает остальным повстанцам знак рукой. Совместными усилиями они сбивают замок с ворот склада, зачем-то втаскивают туда убитого охранника и забирают хранящееся в складе оружие: несколько русских винтовок образца 1891-1930 годов и пулемет типа «Максим».

Есть и еще несколько «игровых» сцен, которые столь же «увлекательны», как и вышеописанные, но финальная сцена превзошла все остальные.

Из-за лесного холма под патетическую музыку постепенно вырастает развевающийся на ветру национальный триколор, а за ним на опушку леса выходят несущие флаг пятеро литовских партизан.

Кинорежиссеры многих американских вестернов и советских приключенческих фильмов могли бы оспорить авторские права по поводу такого финала, но делать этого не станут: все эти приемы известны со времен немого кино и давно расцениваются как внеисторическая пропаганда, подобие советских и нацистских идеологических клише.

Торжественные, как клятва, слова диктора в финале двухчасового фильма подводят итог всему показанному: «Борьба за свободу – это не только право народа, но и обязанность. Особенно народа, утратившего свою независимость. За события в Литве 1939-1941 годов и еще многих десятилетий после Второй мировой войны ответственны два государства-агрессора – Советский Союз и нацистская Германия. Они разрушили Литовское государство, отняв у народа независимость. Никто не смеет указывать, как литовцы должны были бороться, будучи оставлеными в полном одиночестве против двух врагов».

Удивительно удобная позиция: обвинить в своих несчастьях кого угодно, а себе оставить право стоять в стороне в позе судьи и ни за что ни перед кем не нести никакой ответственности.

К сожалению, такая позиция находит широкое одобрение и поддержку. Во властных структурах и некоторых слоях общества эту позицию называет «подлинным патриотизмом», в духе которого надо воспитывать подрастающее поколение. Более того, председатель Сейма Ирена Дягутене выразила надежду, что благодаря этому фильму историю Литвы узнают и иностранцы, слабо знающие нашу страну.

 

Милан ХЕРСОНСКИЙ.

 


This entry was posted in Antisemitism & Bias, Collaborators Glorified, Film, Genocide Center (Vilnius), In Russian, Legacy of 23 June 1941, Milan Chersonski, Opinion, Politics of Memory. Bookmark the permalink.
Return to Top

Comments are closed.